В последнее время вокруг требований к владению абхазским языком для кандидатов в депутаты на 2027 год много шума.
Политики пугают нас «потерей профессионалов». Мол, человек может быть гениальным экономистом, но не знать языка.
Давайте честно: это манипуляция. О каком «многонациональном составе» (как во времена Владислава) идет речь?
Посмотрите на факты: в нынешнем VII созыве из 35 депутатов 32 человека носят абхазские фамилии. Только 3 депутата представляют армянскую общину.
Если 90% парламента — абхазы, почему нас пугает требование знать свой язык? Возникает вопрос: может, некоторые политики уже знают имена будущих кандидатов и заранее пытаются убрать «препятствие» для тех, кого они поддерживают?
Другой момент — бесконечные экзамены.
Представьте: человек сдает язык в школе — «5», сдает в АГУ — «4». Логично, что он владеет языком. Но нет!
Система выстроена так, что можно выучить все билеты, получить оценку и не знать языка? Если кандидата в высший законодательный орган нужно проверять снова — это первый признак несостоятельности подходов в изучении зыка. Это признак того, что у нас нет целостного подхода.
Другое дело если кандидат приехал из Венесуэлы. Если «профессионал» до сих пор не созрел для изучения родного языка — может, он не такой уж и профессионал?
Согласно логике заявлений язык не определяет любовь к Родине, но именно отношение высокопоставленных лиц к нему формирует отношение молодежи.
Министерство просвещения старается сделать язык и «Апсуара» повесткой номер один. Президент, великолепно владеющий языком, задает высокую планку. И на этом фоне заявлять, что язык — «препятствие» для профессионала, выглядит как прямая дискредитация всей языковой политики страны.
Знание языка нельзя купить, как щебень или бетон. Латать дороги — это не законотворчество. Мы привыкли, что лояльность покупается «бетоном», а за депутатское кресло платят миллионы. Это лишь доказывает: систему не изменить, пока её создают нашими же руками.
Я бы сделал обязательными публичные выступления в эфире на государственном языке, чтобы люди видели реальный уровень кандидата, а не его кошелька. Хотя сегодня и это не панацея, когда все монетизировано.
Достаточно вспомнить как депутат гос думы Калашников обвинил нас в том, что у нас ущемляется русский язык, а наши представители не выступили в защиту.
Или мы снова будем кусать локти, когда «профессионалы» проголосуют за проекты, которые завтра — после народных возмущений — вдруг признают «нецелесообразными»?
Саид Бейя
